Preview

Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии

Расширенный поиск

Характеристика назофарингеального носительства бактериальных патогенов у детей и взрослых с рецидивирующими респираторными заболеваниями в Хабаровске (2015–2018 гг.)

https://doi.org/10.36233/0372-9311-2020-97-3-6

Полный текст:

Аннотация

Цель работы — по материалам четырёхлетних наблюдений представить характеристику назофарингеального носительства бактериальных патогенов у детей и взрослых с рецидивирующими респираторными заболеваниями в г. Хабаровск.

Материалы и методы. Мазки из ротоглотки и носоглотки от 7043 детей и взрослых исследованы классическим бактериологическим методом. Для диагностики микроорганизмов использованы: колумбийский агар с добавлением 5% дефибринированной крови барана с инкубацией посевов в атмосфере 5% СО2 , бактериологический анализатор «Vitek 2 Compact», метод ПЦР в реальном времени для подтверждения культур S. pyogenes.

Результаты. Выявлен высокий уровень носительства назофарингеальных патогенов (76,4%) со следующим ранговым положением основных возбудителей: S. pneumoniae (47%), M. catarrhalis (30,4%), H. influenzaе (17,5%), S. pyogenes (5,2%). Возрастные группы риска — дети 0–6 лет для S. pneumoniae и дети 7–12 лет для S. pyogenes. Намечающийся рост уровней носительства S. pneumoniae в 2018 г. сопровождался повышением регистрируемой заболеваемости пневмококковой пневмонией.

Заключение. Назофарингеальное носительство S. pneumoniae обусловливает высокий риск развития внебольничных пневмоний и других пневмококк-ассоциированных заболеваний преимущественно у детей.

Для цитирования:


Шмыленко В.А., Бондаренко А.П., Троценко О.Е., Туркутюков В.Б., Базыкина Е.А. Характеристика назофарингеального носительства бактериальных патогенов у детей и взрослых с рецидивирующими респираторными заболеваниями в Хабаровске (2015–2018 гг.). Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии. 2020;97(3):242-250. https://doi.org/10.36233/0372-9311-2020-97-3-6

For citation:


Shmуlenko V.A., Bondarenko A.P., Trotsenko O.E., Turkutyukov V.B., Bazykina E.A. Characteristics of Nasopharyngeal Carriage of Bacterial Pathogens in Children and Adults Suffering from Recurrent Respiratory Infections in Khabarovsk City in 2015–2018. Journal of microbiology, epidemiology and immunobiology. 2020;97(3):242-250. (In Russ.) https://doi.org/10.36233/0372-9311-2020-97-3-6

Введение

Часто болеющие дети — это группа детей, характеризующаяся более высоким, чем у их свер­стников, уровнем заболеваемости острыми респи­раторными инфекциями [1]. 

В современной литературе часто болеющих детей относят к группе лиц с рецидивирующим или рекуррентным течением острых респираторных заболеваний. Частота встречаемости этой группы диспансерного наблюдения в детской популяции большинства стран мира находится на уровне 15­50% [1, 2]. На долю заболеваний лор-органов у ча­сто болеющих детей приходится 50-70% случаев [3-5].

Обсуждаются различные точки зрения на при­чины частых респираторных инфекций. Первая — дисфункция иммунной системы. Вторая — генети­ческая предрасположенность, наследственно обу­словленный «поздний старт» иммунной системы [1, 6]. В последние годы эта проблема рассматривается также с позиций оценки микробиоты верхних дыхательных путей и реализации её патогенного влия­ния на организм человека. Внедрение современных технологий изучения микробиома человека (высо­копродуктивное секвенирование), наличие откры­тых баз данных микроорганизмов (NCBI/BLAST) позволили расширить наши представления о фор­мировании микробиоценоза верхних дыхательных путей, а также дисбиоза. Так, получена информация о чрезвычайной сложности микробных сообществ в этом локусе [3, 7, 8]. Микробиоценоз респираторно­го тракта начинает формироваться в перинатальный и неонатальный периоды, в том числе за счёт присо­единения микрофлоры родовых путей матери. Наи­более близкий к материнской флоре носоглоточный микробиом был выявлен у детей в двухмесячном возрасте [9]. Он представляет собой сложную ди­намическую структуру, в состав которой входят резидентные (большая часть) и транзиторные ми­кроорганизмы. Резидентная флора приспособлена к колонизации в этом биотопе, участвует в поддержа­нии общего гомеостаза и защите организма от обсе­менения болезнетворными микроорганизмами [3].

В период 1-го года жизни происходит прогрес­сивное изменение микробиома носоглотки в сторо­ну заселения условно-патогенной флорой: Staphylo­coccus aureus, Streptococcus pneumoniae, Moraxella catarrhalis и др. [9]. При этом условно-патогенная флора, в частности S. aureus, имеет множество фак­торов патогенности, способность продуцировать агрессивные ферменты и высвобождать гистамин из клеток макроорганизма, что является основой для развития аллергического воспаления органов дыхания. Некоторые представители транзиторной микрофлоры носоглоточного локуса (родов Pseu­domonas, Acinetobacter, Haemophilus, Streptococcus и др.) могут продуцировать гистамин самостоятельно, что служит пусковым механизмом для ато­пического воспаления и патологии носа, глотки, бронхов [10]. R.P. Dickson и соавт. [11] заостряют внимание на том, что воспаление при хронических заболеваниях респираторного тракта интенсивно поддерживается дисбиотическими нарушениями на слизистых оболочках дыхательных путей (dysbio­sis — inflammation cycle). Отмечается при этом, что дисбиоз поддерживает воспаление, а воспаление — дисбиоз. Клинически это проявляется хроническим ринитом, синуситом, отитом, аденоидитом, тонзиллофарингитом и т.п. По мнению тех же авторов, dysbiosis — inflammation cycle — ключевое звено патогенеза рецидивирующих респираторных ин­фекций у детей, через которое может происходить переход рецидивирующих инфекций респираторно­го тракта в хронические.

Таким образом, изучение микробиома верхних дыхательных путей в норме и при патологии явля­ется сложной, многофакторной задачей, позволяет установить механизмы и закономерности формиро­вания бактериальной флоры в различных биотопах этих путей [3]. Углублённый анализ носительства на­зофарингеальных патогенов позволит выявить фак­торы и группы риска заболеваний органов дыхания.

Необходимым условием для выполнения этой задачи является усовершенствование методических приёмов исследования микрофлоры и эпидемиоло­гического анализа назофарингеального бактериаль­ного носительства и его последствий.

Цель исследований: по материалам четырёх­летних наблюдений (2015-2018 гг.) представить характеристику назофарингеального носительства бактериальных патогенов у детей и взрослых с ре­цидивирующими респираторными заболеваниями в г. Хабаровск.

Материалы и методы

Изучена микрофлора зева и носа 7043 детей и взрослых с респираторной патологией, находив­шихся на амбулаторном этапе наблюдения в 2015­2018 гг., в том числе 2820 детей в возрасте 0-6 лет, 702 детей возрастной группы 7-12 лет, 273 подрост­ков 13-18 лет и 3248 взрослых пациентов.

Отбор проб для исследования проводился в соответствии с действующими нормативными до­кументами [12]. Материалом для исследования яви­лись мазки с задней стенки глотки и миндалин, а также из носа, взятые при глубоком введении сте­рильных тампонов в носовые ходы и помещённые в транспортную среду Стюарта. Время между забо­ром материала и началом исследования не превы­шало 2 ч.

Посев материала проводили тампоном на оп­тимальный для выделения пневмотропных микро­организмов набор питательных сред (кровяной агар (КА) с добавлением 3,5% лошадиной сыворотки и 5% эритроцитов барана, шоколадный агар, желточ­но-солевой агар (ЖСА), среда Эндо, среда Сабуро, сахарный бульон), позволяющий выявить основ­ные патогены. При посеве на КА вначале посевным тампоном делали «площадку» на поверхности 1/3 чашки, затем с помощью бактериологической пет­ли «растягивали» посевной материал с площадки, производя по 10-12 перпендикулярных к площадке штрихов на остальную поверхность чашки. Такой приём позволял получить разреженный рост изоли­рованных колоний. Дополнительно мы применяли метод «подкормки» роста гемофильных бактерий на КА [13, 14]. Для этого по центру чашки Петри с посевом мазков из носа проводили подсев бульон­ной культуры гемолитического стафилококка. При росте стафилококка по обе стороны штриха образу­ется зона гемолиза, в которой содержатся продукты распада эритроцитов — ростовые факторы X и V, необходимые гемофильным бактериям.

Учёт результатов посевов проводили через 18-24 ч их инкубации в термостате (для КА — в СО2-инкубаторе). Второй учёт производили через 48 ч хранения чашек при комнатной температуре.

На чашках с КА рост гемофилов формировал­ся вокруг пневмококков, стафилококков («сателлитный рост»). В случае гемофильной моноинфекции гемофилы вырастали в зоне гемолиза вдоль штриха подсеянного гемолитического стафилококка. По­вторный просмотр чашек через 48 ч позволял более полно оценить состав выросшей флоры и количественные соотношения компонентов, растущих в условиях сложного взаимодействия микробных ас­социаций. При отсутствии роста в прямом посеве проводили высев на КА и ЖСА со среды обогаще­ния (сахарного бульона).

Выросшие микроорганизмы идентифицирова­ли с использованием наиболее рационального в ка­ждом случае набора методов:

  • классические тесты с оптохином, желчными кислотами, сапонином, бацитрацином;
  • агглютинирующие сыворотки для идентифи­кации стрептококков;
  • тест-системы ПЦР для подтверждения Strep­tococcuspyogenes;
  • хромогенные среды;
  • пёстрые ряды.

Опорными признаками для идентификации моракселл выбраны:

  • скольжение колоний по поверхности агара при сдвигании петлёй;
  • положительный тест на оксидазу и каталазу;
  • отсутствие ферментации глюкозы и лактозы.

Окончательную идентификацию осуществля­ли в бактериологическом анализаторе «Vitek 2 Com­pact».

Статистическая обработка полученных дан­ных проводилась с помощью программы Statistica 6.0. Высчитывали среднее значение, ошибку сред­ней величины, критерий χ2 Пирсона, в том числе с поправкой Йетса (χ2Йетса), и точный критерий Фи­шера (рFisher exact). Даты в знаменателе обозначения χ2 означают сравниваемые годы, например, сравни­вались значения 2015 и 2018 гг. χ22015;2018). Средний темп прироста (Тпр ) вычисляли методом наимень­ших квадратов. Нулевая гипотеза отклонялась при уровне значимости p < 0,05.

Результаты и обсуждение

Перечень основных бактериальных патогенов и частота их выделения у лиц разных возрастных групп в Хабаровске представлены в табл. 1. В тече­ние 4 лет на амбулаторном этапе были обследованы 7043 пациента с патологией верхних дыхательных путей.

 

Таблица 1. Частота выделения основных бактериальных патогенов у лиц разных возрастных групп в г. Хабаровск в 2015-2018 гг. (n = 7043)

Table 1. Frequency of isolation of the main bacterial pathogens in individuals of different age groups in Khabarovsk city in 2015-2018 (n = 7043)

Возбудители

Pathogens

Возраст пациента

Age of patients

Всего

Total

0-6

7-12

13-18

19 и старше 19 and older

абс.

abs.

%

абс.

abs.

%

абс.

abs.

%

абс.

abs.

%

абс.

abs.

%

S. pneumoniae

683

24,2

60

8,6

7

2,6

55

1,7

805

11,4

H. influenzae

226

8,0

28

4,0

4

1,5

42

1,3

300

4,3

M. catarrhalis

443

15,7

39

5,6

4

1,5

36

1,1

522

7,4

S. pyogenes

42

1,5

22

3,1

3

1,1

22

0,7

89

1,3

S. agalactiae

0

0

4

0,6

0

0

8

0,3

12

0,17

S. aureus

1151

40,8

414

59

146

53,5

1037

32

2748

39,0

Энтеробактерии

Enterobacteria

167

5,9

32

4,6

23

8,4

444

13,7

666

9,5

Неферментирующие грамотрицательные бактерии

Non-fermenting gram-negative bacteria

130

4,6

15

2,1

5

1,8

69

2,1

219

3,1

Грибы рода Candida

Fungi of the genus Candida

498

17,7

112

16,0

51

18,7

508

15,6

1169

16,6

Число изолятов

Number of isolates

3340

 

726

 

243

 

2221

 

6530

 

Отрицательный результат

Negative result

439

15,6

83

11,8

49

18

963

29,7

1534

21,8

Всего обследовано лиц

Total number of persons surveyed

2820

84,4

702

88,2

273

82

3248

70,3

7043

100

Патогенная микрофлора выявлена у 5509 па­циентов из 7043 обследованных (78,2 ± 0,49%). Частота обнаружения патогенов была высокой у детей всех возрастных групп (84,4 ± 0,43%; 88,2 ± 0,38%; 82,0 ± 0,46%) и ниже у взрослых (70,3 ± 0,54%; χ2 = 218,2; p < 0,00001). По суммар­ным данным наиболее часто в группе наблюдения отмечалось носительство S. aureus (39,0 ± 0,58%) и грибов рода Cаndida (16,6 ± 0,44%). Чаще всего эти два возбудителя выявлялись в ассоциациях с другими патогенами.

В последние годы в научной литературе появи­лись данные о том, что штаммы S. aureus, изолиру­емые от назофарингеальных носителей, в том числе бессимптомных, могут обладать генетическими де­терминантами патогенности, что указывает на по­тенциальную опасность этих микроорганизмов как возможных возбудителей эндогенных и экзогенных инфекционно-воспалительных процессов. Биотоп (слизистая полости носа) следует рассматривать как возможный источник штаммов с патогенным потенциалом, нуждающийся в санации [15]. Эта проблема продолжает оставаться актуальной и ак­тивно обсуждается врачебным сообществом.

Вместе с тем внимание клиницистов (педиа­тров, отоларингологов, терапевтов) по разным при­чинам направлено на выявление уровней носитель- ства четырёх патогенов: S. pneumoniae, Haemophilus influenzae, M. catarrhalis, S. pyogenes — как наибо­лее значимых в патологии респираторного тракта. Три из них (S. pneumoniae, H. influenzae, S. pyogenes) причастны к тяжёлым инвазивным формам. M. ca- tarrhalis в иностранной литературе, как правило, от­носится к значимым возбудителям. В отечественных немногочисленных публикациях идёт лишь накопле­ние информации об участии M. catarrhalis в патоло­гии респираторного тракта, практически отсутству­ют сведения о частоте носительства этого патогена. Отсутствие опыта выделения моракселл культураль­ным методом, высокая стоимость готовых тест-си­стем и наборов для идентификации, отсутствие ПЦР-наборов для экспресс-диагностики затрудняют поиск и идентификацию данных микроорганизмов в клиническом материале для практических бактери­ологов и в некоторых случаях приводят к абсолют­ному их игнорированию. Эти обстоятельства не по­зволяют объективно оценить роль M. catarrhalis в патологии респираторных заболеваний [16].

Анализ состояния диагностики стрептококко­вых инфекций, проведённый нами при выездах на территории Дальневосточного федерального окру­га, а также при просмотре отчётов и лаборатор­ных журналов бактериологических лабораторий в г. Хабаровске, демонстрирует полное отсутствие данных о выделении S. pyogenes или регистрацию единичных положительных случаев. Нами установ­лено, что на практике имеют место нарушения как на этапе забора и транспортировки материала для исследования, так и на этапе его посева. Эта инфор­мация также послужила мотивацией к изучению носительства S. pyogenes.

S. pneumoniae был выявлен у 805 человек из 7043 обследованных лиц (11,4 ± 0,38%), причём статистически значимо чаще в возрастной группе 0-6 лет (24,2 ± 0,51%), в сравнении с группой детей 7-12 лет (8,6 ± 0,33%; χ2 = 48,2; p < 0,0001) и груп­пами подростков (2,6 ± 0,18%; χ2 = 48,6; p < 0,0001) и взрослых (1,7 ± 0,15%; χ2 = 548,7; p < 0,00001).

M. catarrhalis по уровню носительства зани­мает 2-е место после S. pneumoniae и выявлена у 522 (7,4 ± 0,31%) лиц из 7043 обследованных. Ча­ще она выделялась в возрастной группе 0-6 лет (15,7 ± 0,43%), в 2,8 раза реже — в средней возраст­ной группе (5,6 ± 0,27%; χ2 = 48,2; p < 0,00001) и редко — среди подростков (1,5 ± 0,14%; χ2 = 39,7; p < 0,00001) и взрослых (1,1 ± 0,12%; χ2 = 440,6; p < 0,00001).

H. influenzae выявлена у 300 из 7043 обследо­ванных лиц (4,3 ± 0,24%), также чаще в возрастной группе 0-6 лет (8,0 ± 0,32%), вдвое реже — в группе детей 7-12 лет (4,0 ± 0,23%; χ2 = 12,7; p = 0,0004) и ещё реже — у подростков (1,5 ± 0,14%; χ2 = 14,4; p = 0,0001) и взрослых лиц (1,3 ± 0,13%; χ2 = 158,3; p < 0,00001).

S. pyogenes обнаружен у 89 лиц из 7043 обсле­дованных (1,3 ± 0,13%). В отличие от пневмококков и гемофилов S. pyogenes чаще выявлялся в средней возрастной группе 7-12 лет (3,1 ± 0,21%), в других возрастных группах носительство отмечено в пре­делах 1,5 ± 0,14%; 1,1 ± 0,12%; 0,7 ± 0,09% соот­ветственно. Причём если в средней детской группе отмечен статистически значимо более высокий про­цент выделения S. pyogenes по сравнению с детьми в возрасте 0-6 лет χ2Йетса = 7,6; p = 0,006) и взрос­лым населением χ2Йетса = 29,4; p < 0,00001), то меж­ду детьми 7-12 и подростками 13-18 лет эта разни­ца оказалась несущественной χ2Йетса = 2,5; p = 0,1).

Таким образом, ранговое положение основ­ных возбудителей, определяющих назофаринге­альное носительство патогенов у лиц г. Хабаровска (п = 1716), представляется таковым: S. pneumoniae (47,0 ± 1,2%), M. catarrhalis (30,4 ± 1,11%), H. influ­enzae (17,5 ± 0,92%), S. pyogenes (5,2 ± 0,54%).

На следующем этапе анализа была установле­на тенденция носительства четырёх основных па­тогенов в отдельные годы из наблюдаемых четырёх лет. Уровень носительства S. pneumoniae имеет тен­денцию к росту в 2018 г. (11,9 ± 0,65%; 10,1 ± 0,66%; 11,0 ± 0,84%; 13,3 ± 0,99% соответственно в 2015-2018 гг.). Для H. influenzae отмечена проти­воположная тенденция (6,1 ± 0,48%; 4,2 ± 0,44%; 2,5 ± 0,42%; 2,6 ± 0,47%). Для catarrhalis поддер­живается один и тот же уровень носительства — от 7,5 ± 0,53% в 2015 г. до 8,4 ± 0,81% в 2018 г. Наконец, для pyogenes, несмотря на низкие показатели носительства, отмечен рост выявления в 3,6-5,5 раза в период наблюдения в 2015-2018 гг.: 0,9 ± 0,19%; 0,6 ± 0,17%; 1,2 ± 0,29%; 3,2 ± 0,51%.

В последнем случае уровни выделения S. pyo­genes выросли в 2017-2018 гг. вследствие оптими­зации методических приёмов диагностики на этапе первичного посева (достижение роста изолиро­ванных колоний на плотных питательных средах, использование эритроцитов барана для выявления характерного β-гемолиза, дополнительное обогаще­ние КА путём введения лошадиной сыворотки).

В основе ситуации с нарастанием показателей носительства S. pneumoniae лежат и другие причины. Статистически значимый рост отмечен за 2015–2018 гг. в младшей возрастной группе — 0–6 лет (Тпр = 3,9; χ2 2015;2018 = 4,8; p = 0,03), в средней — 7–12 лет (Тпр = 11,7; χ2 2015;2018 = 2,1; p = 0,08) и подростковой — 13–18 лет (Tпр = 19,62; pFisher exact = 0,3) (табл. 2). Несмотря на выявленный в указанных возрастных группах прирост значений, статистически значимого изменения показателей между 2015 и 2018 г. среди общего числа ежегодно обследуемых лиц не регистрировалось. Аналогично и в группе лиц 19 лет и старше значения остались практически на одном уровне (Tпр = 3,19; χ2 Йетса,2015;2018 = 0,08; p = 0,8).

 

Таблица 2. Уровни назофарингеального носительства пневмококка у лиц разных возрастных групп в Хабаровске в 2015–2018 гг. (n = 7043)

Table 2. Levels of nasopharyngeal pneumococcal carriage in individuals of different age groups in Khabarovsk city in 2015–2018 (n = 7043)

В предыдущих исследованиях нами была по­казана статистически достоверная взаимосвязь между эпидемическим процессом внебольничной пневмонии и носительством пневмококков, отображающая проявления скрыто протекающего эпидемического процесса пневмококковой инфек­ции [17]. Такая же тенденция отмечена и в ино­странной литературе [18].

По данным статистической формы № 2 «Све­дения об инфекционных и паразитарных заболе­ваниях», в г. Хабаровске отмечен рост заболева­емости пневмококковой пневмонией в 7,3 раза в 2018 г. (12,01 на 100 тыс. населения) по сравнению с 2017 г. (1,64 на 100 тыс. населения). Вполне ве­роятна смена ведущих серотипов пневмококка, что может обусловить рост заболеваемости и уровней носительства.

Представленные материалы обосновывают необходимость продолжения мониторинга пневмо­кокковой инфекции в г. Хабаровске.

На следующем этапе исследования определе­на возрастная структура носителей пневмококка. При таком анализе за 100% принято общее число выделителей (источников) пневмококковой инфек­ции (п = 805). Основная масса носителей инфекции (84,8 ± 1,27%) представлена детьми группы 0-6 лет. Дети 7-12 лет и взрослые лица 19 лет и старше со­ставляют одинаковую долю в числе источников ин­фекции (7,5 ± 0,93 и 6,8 ± 0,89%). Совсем неболь­шую часть в числе носителей инфекции составляют подростки 13-18 лет (0,9 ± 0,33%).

Ранее выполненное нами исследование по анализу внутрисемейной циркуляции S. pneumoni­ae показало, что в группе часто болеющих детей — выделителей пневмококка — инфицированы 13,4% членов их семей, в основном не получивших спе­цифическую профилактику. Наиболее часто инфи­цирование регистрируется среди братьев и сестёр (42,9%). Вместе с тем матери и отцы также могут быть носителями пневмококка в очагах (10,7%), а следовательно, источниками инфицирования и рас­пространения инфекции [19]. Для ограничения вну­трисемейной циркуляции возбудителя целесообраз­но держать под контролем и санировать всех членов семей (других детей и взрослых), имеющих тесный контакт с инфицированными детьми.

Анализ помесячной динамики назофаринге­ального носительства пневмококка, прослеженной при обследовании 1170 лиц в 2018 г., показал, что наиболее высокие показатели носительства реги­стрировали в феврале, мае и октябре, низкие — в августе (рисунок). Зимне-весенние пики носительства совпадают с повышением заболеваемости вирусными инфекциями. Как показано в исследо­ваниях В.К. Таточенко [20], частота выделения и концентрация пневмококков в мокроте назофарин­геальных носителей увеличивается во время острых респираторных вирусных инфекций, что считается одним из факторов, повышающих риск развития пневмонии или отита пневмококковой этиологии у больных. Известно также, что нейраминидаза грип­позных вирусов разрушает сиаловые кислоты тка­ней организма, способствуя адгезии пневмококков к клеткам эпителия бронхов [5, 10].

 

Рис. 1. Помесячная динамика назофарингеального носительства пневмококка (в %), прослеженная при обследовании 1170 лиц в 2018 г в Хабаровске.

Fig. 1. Monthly dynamics of nasopharyngeal pneumococcal carriage observed during the survey of 1,170 individuals in 2018 in Khabarovsk city.

 

Повышение уровня носительства пневмокок­ков осенью (октябрь) может быть связано с дей­ствием факторов «перемешивания» детей (основ­ная группа носителей) в период формирования ор­ганизованных коллективов.

Таким образом, по материалам четырехлетних наблюдений (2015-2018 гг.) и бактериологического обследования 7043 детей трёх возрастных групп и взрослых с рецидивирующими респираторными заболеваниями в Хабаровске установлен значи­тельный уровень назофарингеального носительства бактериальных патогенов (78,2%) с более высоки­ми показателями у детей, чем у взрослых. Оптими­зация методических приёмов бактериологической диагностики и эпидемиологического анализа мате­риала позволили установить следующее ранговое положение основных возбудителей, определяющих назофарингеальное носительство патогенов среди обследованных лиц г. Хабаровска: S. pneumoniae (47%), M. catarrhalis (30,4%), H. influenzaе (17,5%), S. pyogenes (5,2%). Установлены две возрастные группы риска: дети 0-6 лет для S. pneumoniae, M. catarrhalis, H. influenzaе и дети 7-12 лет — для S. pyogenes. В течение 4 лет наблюдения отмечена тенденция к росту уровня носительства M. catarrh­alis, а носительство H. influenzaе имело тенденцию к снижению. Для S. pyogenes при суммарном низком уровне носительства отмечена тенденция к росту в 3,4-5,3 раза. В то же время на фоне специфической противопневмококковой вакцинации выявлена тен­денция к росту уровня носительства S. pneumoniae в 2018 г. по сравнению с 2015-2017 гг. в трёх воз­растных группах детей (младшей, средней и под­ростковой), что сопровождалось повышением забо­леваемости пневмококковой пневмонией в 7,3 раза в 2018 г. по сравнению с 2017 г. Носоглоточное носительство S. pneumoniae определяет риск развития пневмонии и других пневмококкассоциированных заболеваний у детей [4]. Растущий уровень носительства и заболеваемости обосновывают необхо­димость продолжения мониторинга с определением серотипового состава штаммов и характера анти- биотикорезистентности данного возбудителя.

Список литературы

1. Самсыгина Г.А., Выжлова Е.Н. Ещё раз о проблемах понятия «часто болеющие дети». Педиатрия. Журнал им. Г.Н. Сперанского. 2016; 95(4): 209-15.

2. Рамазанова Б.А., Ералиева Л.Т., Мустафина К.К., Колоскова Е.А. Мультицентровое исследование распространённости назофарингеального носительства Streptococcus pneumoniae на отдельных территориях Республики Казахстан до и после начала противопневмококковой вакцинации. Антибиотики и химиотерапия. 2017; 5-6(62): 35-42.

3. Борисова О.Ю., Гуров А.В., Гадуа Н.Т., Ефимов Б.А., Кафарская Л.И., Афанасьев С.С. и др. Микробиоценоз нёбных миндалин у практически здоровых лиц. Вестник оториноларингологии. 2018; 83(5): 31-5. DOI: http://doi.org/10.17116/otorino20188305131

4. Зарипова А.З., Баязитова Л.Т., Тюпкина О.Ф., Чазова Т.А., Тюрин Ю.А., Исаева Г.Ш. и др. Фенотипические и генотипические свойства Streptococcus pneumoniae при бактерионосительстве. Практическая медицина. 2018; 16(9): 106-12.

5. Тюркина С.И., Минасян В.С., Савенкова М.С., Китайгородский А.П., Овечкина Н.В., Кац Т.Г. и др. Лечение и профилактика аденоидитов бактериальными лизатами у часто болеющих детей. Детские инфекции. 2013; 12(1): 26-30.

6. Чеботарёва Т.А., Мазанкова Л.Н., Хоперскова А.П., Малиновская В.В., Кольцов В.Д., Брагина Г.С. Рекуррентные инфекции органов дыхания у детей и программы иммунореабилитации. Детские инфекции. 2014; (3): 61-4.

7. Наумкина Е.В., Матущенко Е.В., Калитина И.И., Абросимова О.А., Пядочкина Т.В., Матущенко А.И. Особенности микробиоты дыхательных путей при заболеваниях респираторного тракта. Бактериология. 2017; 2(3): 16-20. DOI: http://doi.org/10.20953/2500-1027-2017-3-16-20

8. Шабалдин А.В., Шабалдина Е.В., Симбирцев А.С. Особенности микробиома верхних отделов респираторного тракта у детей с рецидивирующими респираторными заболеваниями. Инфекция и иммунитет. 2017; 7(4): 341-9. DOI: http://doi.org/10.15789/2220-7619-2017-4-341-349

9. Peterson S.W., Knox N.C., Golding G.R., Tyler S.D., TylerA.D., Mabon P., еt al. A study of the infant nasal microbiome development over the first year of life and relation to their primary adult caregivers using cpn 60 universal target (UT) as a phylogenetic marker. PLoS One. 2016; 11(3): е0152493. DOI: http://doi.org/10.1371/journal.pone.0152493

10. Teo S.M., Mok D., Pham K., Kusel M., Serralha M., Troy N., et al. The infant nasopharyngeal microbiome impacts severity of lower respiratory infection and risk of asthma development. Cell Host Microbe. 2015; 17(5): 704-15. DOI: http://doi.org/10/1016/j.chom.2015.03.008

11. Dickson R.P., Martinez F.J., Huffnagle G.B. The role of the microbiome in exacerbations of chronic lung diseases. Lancet. 2014; 384(9944): 691-702. DOI: http://doi.org/10.1016/S0140-6736(14)61136-3

12. Методические указания МУ 4.2.2039-05. Методы контроля. Биологические и микробиологические факторы. Техника сбора и транспортирования биоматериалов в микробиологические лаборатории. М.; 2001.

13. Богданович Т.М., Стецюк О.У., Кречикова О.И., Боронина Л.Г., Катосова Л.К., Фаустова М.Е. Выделение, идентификация, и определение чувствительности к антибиотикам Haemophilus influenzaе. Клиническая микробиология и антимикробная химиотерапия. 2000; 2(2): 93-9.

14. Боронина Л.Г. Лабораторные методы обнаружения, идентификации и определения резистентности к антибиотикам Haemophilus influenzaе. Екатеринбург; 2006.

15. Гриценко В.А., Мавзютов А.Р., Пашкова Т.М., Карташова О.Л., Тяпаева Я.В., Белозерцева Ю.П. Генетический профиль Staphylococcus aureus, выделенных от бактерионосителей и больных с инфекционно-воспалительной патологией. Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии. 2018; (4): 56-62. DOI: http://doi.org/10.36233/0372-9311-2018-4-56-62

16. Шмыленко В.А., Бондаренко А.П., Троценко О.Е., Туркутюков В.Б. Частота обнаружения бактерий Moraxella catarrhalis у детей с рекуррентным течением респираторных заболеваний г. Хабаровска в 2016–2017 годах. Бюллетень физиологии и патологии дыхания. 2018; (68): 52-6. DOI: http://doi.org/10.12737/ article_5b18b82fc43524.59761242

17. Бондаренко А.П., Шмыленко В.А., Троценко О.Е., Зайцева Т.А., Каравянская Т.Н., Бутакова Л.В. и др. Внутригодовая динамика уровней носительства пневмококка и заболеваемости внебольничной пневмонией в г. Хабаровске в 2015 году. Бюллетень физиологии и патологии дыхания. 2016; (62): 16-21. DOI: http://doi.org/10.12737/23245

18. Simell B.I., Auranen K., Käyhty H., Goldblatt D., Dagan R., O'Brien K.L. Pneumococcal Carriage Group. The fundamental link between pneumococcal carriage and disease. Expert Rev. Vaccines. 2012; 11(7): 841-55. DOI: http://doi.org/10.1586/erv.12.53

19. Бондаренко А.П., Шмыленко В.А., Троценко О.Е. Эпидемиология назофарингеального носительства пневмококков в семейных очагах. Тихоокеанский медицинский журнал. 2018; (3): 54-7. DOI: http://doi.org/10.17238/PmJ1609-1175.2018.3.54-57

20. Таточенко В.К. Пневмококковая инфекция вошла в число управляемых. Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии. 2010; (3): 102-8.


Об авторах

Влада Александровна Шмыленко
ФБУН «Хабаровский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии» Роспотребнадзора; ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет»
Россия

н.с. лаб. бактериальных инфекций

аспирант каф. эпидемиологии и военной эпидемиологии 



Альбина Павловна Бондаренко
ФБУН «Хабаровский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии» Роспотребнадзора
Россия
к.м.н., лаб. бактериальных инфекций ФБУН «Хабаровский НИИ эпидемиологии и микробиологии» Роспотребнадзора, 680610, Хабаровск, Россия. Троценко Ольга Евгеньевна — д.м.н., директор


Ольга Евгеньевна Троценко
ФБУН «Хабаровский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии» Роспотребнадзора
Россия

д.м.н., директор



Вячеслав Борисович Туркутюков
ФГБОУ ВО «Тихоокеанский государственный медицинский университет»
Россия

д.м.н., проф., зав. кафедрой эпидемиологии и военной эпидемиологии



Елена Анатольевна Базыкина
ФБУН «Хабаровский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии» Роспотребнадзора
Россия
м.н.с. лаб. профилактики вирусных гепатитов и СПИДа


Для цитирования:


Шмыленко В.А., Бондаренко А.П., Троценко О.Е., Туркутюков В.Б., Базыкина Е.А. Характеристика назофарингеального носительства бактериальных патогенов у детей и взрослых с рецидивирующими респираторными заболеваниями в Хабаровске (2015–2018 гг.). Журнал микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии. 2020;97(3):242-250. https://doi.org/10.36233/0372-9311-2020-97-3-6

For citation:


Shmуlenko V.A., Bondarenko A.P., Trotsenko O.E., Turkutyukov V.B., Bazykina E.A. Characteristics of Nasopharyngeal Carriage of Bacterial Pathogens in Children and Adults Suffering from Recurrent Respiratory Infections in Khabarovsk City in 2015–2018. Journal of microbiology, epidemiology and immunobiology. 2020;97(3):242-250. (In Russ.) https://doi.org/10.36233/0372-9311-2020-97-3-6

Просмотров: 27


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 0372-9311 (Print)
ISSN 2686-7613 (Online)